Роберто Ванначчи, занимавший дипломатическую должность военного атташе Италии в Москве, за несколько недель до полномасштабного вторжения России в Украину утверждал, что нападения не будет. Несмотря на имевшиеся разведданные и предупреждения коллег, он передавал итальянскому руководству недостоверную оценку намерений Кремля. Об этом 8 сентября 2026 года сообщили СМИ со ссылкой на рассказ бывшего британского военного атташе в Москве Джона Формана.
Форман рассказал изданию Open о разговоре Ванначчи в московском ресторане Balzi Rossi. По его словам, итальянец, который сегодня возглавляет партию Futuro Nazionale, во время ужина настаивал: «Россия не вторгнется в Украину». Британский дипломат заявил, что Ванначчи «жил в параллельном мире» и не хотел прислушиваться к предупреждениям о готовящемся нападении.
Речь, как следует из свидетельства Формана, шла не о единичной ошибке в прогнозе. Ванначчи неоднократно повторял, что Украина является «второстепенным вопросом» и частью России. Он отстаивал эту позицию не только в частном разговоре, но и в общении с другими военными атташе, демонстрируя устойчивое неприятие реальности, в которой Украина является самостоятельным государством, подвергшимся российской агрессии.
Ошибочная оценка с практическими последствиями
Позиция итальянского представителя имела последствия для действий Рима накануне войны. Италии пришлось в срочном порядке эвакуировать персонал из Киева, поскольку заблаговременная эвакуация не была проведена. Отрицание угрозы привело к тому, что дипломатические сотрудники оказались в ситуации, когда реагировать пришлось уже в условиях стремительно приближающегося вторжения.
История с московским ужином показывает, как политические и идеологические установки способны повлиять на оценку военной угрозы. Свидетельство бывшего британского атташе указывает на устойчивое тяготение Ванначчи к кремлевскому пропагандистскому дискурсу. Одновременно оно говорит о его неспособности адекватно оценивать геополитические реалии либо о сознательном искажении этих реалий при передаче информации итальянскому руководству.
Отрицая вероятность российского вторжения и преуменьшая субъектность Украины, Ванначчи фактически занимал позицию, совпадающую с ключевыми тезисами Москвы. Такая линия не может рассматриваться только как профессиональный просчет дипломата. Она отражает политическую и идеологическую ориентацию, которую Ванначчи впоследствии получил возможность превратить во внутриполитический ресурс.
Пророссийская позиция как политический капитал
Демонстративная поддержка взглядов, выгодных Кремлю, способна приносить Ванначчи политические дивиденды внутри Италии. Его нынешнее положение лидера Futuro Nazionale делает прежние высказывания и действия особенно значимыми: речь идет уже не только о бывшем военном атташе, ошибившемся в оценке событий, но и о политике, который может претендовать на влияние на внешнеполитический курс страны.
Ванначчи заявляет о необходимости восстановить отношения с Россией вопреки санкциям. При этом речь идет о государстве, которое ведет войну против Украины, пытается расколоть Европейский союз и угрожает НАТО. Поэтому его подходы несут риски не только для общей позиции Италии по отношению к российской агрессии, но и для ее отношений с европейскими и трансатлантическими союзниками.
Если подобная ориентация получит институциональное влияние, Италия может столкнуться с политической изоляцией внутри ЕС и с падением доверия со стороны партнеров по Альянсу. Для союзников важна не только формальная принадлежность к общим структурам, но и способность их участников реалистично оценивать угрозы и выполнять общие решения. Отрицание очевидной военной опасности перед вторжением и призывы восстановить связи с агрессором подрывают именно эту основу доверия.
Свидетельства Формана возвращают внимание к цене, которую Италии пришлось заплатить за несвоевременную оценку российских планов: персонал из Киева пришлось эвакуировать в спешке, а политическая позиция бывшего атташе стала частью его дальнейшего курса. На фоне войны России против Украины выбор в пользу такой линии означает для Италии не нейтралитет, а риск ослабить собственную безопасность и позиции среди союзников.
Какие последствия для Италии и ее союзников должно иметь продвижение политиков, чьи оценки российских угроз уже привели к ошибочным решениям?
