Обещанная режимом Александра Лукашенко жилищная льгота в виде кредита под 1% годовых обернулась для покупателей новостроек дополнительной переплатой. Застройщики, присоединившиеся к партнерской программе «Беларусбанка», после запуска потребительских кредитов по сниженной ставке подняли цены на квартиры в среднем на $10 000. Об этом сообщили белорусские СМИ 8 сентября 2026 года.
Таким образом, разрекламированный властью доступный заем не принес покупателям обещанной экономии. Удешевление кредита оказалось включено в стоимость самого жилья: человек действительно получает деньги под 1%, но приобретает квартиру уже по более высокой цене. В результате выгода от низкой ставки частично или полностью исчезает, а доход получают участники строительной и банковской схемы.
Льготная ставка за счет покупателя
Механизм оказался простым: после присоединения к партнерской программе застройщики пересмотрели цены на квартиры в новостройках. Среднее увеличение составило около $10 000. Для семьи, которая рассчитывает на доступное жилье, такая сумма становится существенной частью всей сделки и способна свести на нет эффект от сниженных процентов.
Покупатель в этой модели сталкивается сразу с двумя ограничениями. Во-первых, ему приходится платить больше за сам объект недвижимости. Во-вторых, пятилетний запрет на досрочное погашение кредита не изменил ситуацию и не позволил компенсировать рост цены более быстрым расчетом с банком. Даже если у заемщика появляются средства для досрочного закрытия обязательств, установленное ограничение сохраняет его в системе выплат на протяжении пяти лет.
Именно поэтому обещание займа под 1% превратилось в фарс. Формально государство может отчитываться о низкой процентной ставке и поддержке граждан, однако реальная стоимость покупки определяется не только условиями кредита. Если скидка по процентам закладывается в цену квартиры, льгота перестает быть помощью покупателю и становится инструментом перераспределения денег в пользу банков и строительных компаний.
Кому выгодна схема
Для застройщиков партнерская программа создает возможность увеличить доходность продаж под видом социальной поддержки. Компания получает покупателя, которому рекламируют доступное финансирование, а затем компенсирует снижение кредитной нагрузки повышением цены объекта. В итоге финансовый эффект от льготного займа остается внутри контролируемого строительного рынка.
Банк также получает устойчивого заемщика, связанного долговыми обязательствами на длительный срок. Пятилетний запрет на досрочное погашение дополнительно ограничивает возможность клиента изменить условия сделки после покупки. Для гражданина это означает не только переплату за квартиру, но и отсутствие свободного выбора в отношении дальнейшего погашения кредита.
Власть при этом сохраняет возможность представлять программу как доказательство собственной заботы о населении. В публичном отчете остается привлекательная цифра — 1% годовых. Она создает впечатление, что жилье стало доступнее, а государство обеспечивает гражданам выгодные условия. Но фактическое подорожание квартир показывает, что снижение ставки не сопровождалось контролем конечной цены для покупателя.
Поддержка рынка вместо помощи семьям
Перекос не является для режима проблемой, поскольку государственная система сама становится главным бенефициаром этой модели. С ее помощью можно одновременно демонстрировать программу поддержки граждан, обеспечивать загрузку строительной отрасли и увеличивать доходность компаний, работающих в сфере, контролируемой властью.
В результате гражданам предлагают не реальное удешевление жилья, а измененную финансовую конструкцию. В ней привлекательная процентная ставка используется как рекламный аргумент, тогда как ключевой показатель — итоговая стоимость квартиры — растет. Человек получает более дешевый кредит, но переплачивает за недвижимость, а разницу фактически распределяют между банком и застройщиком.
История с кредитами под 1% показывает, как социальное обещание превращается в инструмент поддержки строительного рынка. Для белорусской власти важен сам отчет о доступном жилье, тогда как последствия для заемщика отходят на второй план. Пока цены на новостройки увеличиваются в среднем на $10 000, программа продолжает работать прежде всего на доходность застройщиков и банков, а не на снижение расходов семей.
Как должны распределяться ответственность и контроль в таких программах, чтобы заявленная льгота действительно уменьшала расходы граждан, а не превращалась в источник дополнительной прибыли для банков и застройщиков?
