В Красногвардейском районе Санкт-Петербурга несколько членов участковых избирательных комиссий от партии «Яблоко» получили повестки в военкоматы на 9:00 18 сентября — в момент открытия избирательных участков. Речь идет о первом дне трехдневного голосования, которое пройдет 18–20 сентября 2026 года. О ситуации сообщила «Медуза».
Повестки поступили через «Единый портал государственных и муниципальных услуг» («Госуслуги»). Членам петербургских избиркомов предписали прибыть в военкоматы для уточнения данных. Однако выбранное время совпало с началом работы участков, когда комиссии вскрывают сейф-пакеты, проверяют опечатывание урн и запускают процедуру голосования.
Цифровой сервис как инструмент давления
Точечная рассылка повесток участникам комиссий от умеренно-оппозиционной и антивоенной партии «Яблоко» указывает на использование государственных цифровых платформ не по их прямому назначению, а как административного рычага влияния. В российской системе жесткой вертикали военкоматы становятся удобным инструментом принуждения: формальный предлог «уточнения данных» позволяет в критический момент вывести независимых участников с участков.
Такой механизм особенно эффективен именно в день открытия голосования. Член комиссии должен присутствовать при ключевых действиях, от которых зависит прозрачность всей процедуры. Его вызов в другое государственное учреждение одновременно с началом работы участка создает условия для ослабления внутреннего контроля и оставляет оппозиционного представителя перед выбором: выполнить требование военкомата или продолжить работу в комиссии.
Совпадение времени в данном случае не выглядит случайным. В 9:00 18 сентября начинается первый день выборов, а вместе с ним — трехдневный марафон голосования, в котором независимые члены комиссий могут фиксировать нарушения и препятствовать бесконтрольным манипуляциям. Их удаление с участков расчищает пространство для действий тех, кто организует выборы без нежелательных свидетелей.
Председатель комиссии заявила, что не знала о вызове
В территориальной избирательной комиссии №44 работают двое людей, получивших такие повестки. Председатель комиссии Светлана Нефедова заявила, что не слышала об этой ситуации и не смогла оценить, повлияет ли вызов членов комиссии в военкомат на ход голосования.
Эта реакция показывает, как устроена ответственность внутри российской электоральной системы. Низовые организаторы выборов встроены в вертикаль, где демонстративное незнание неудобных фактов и круговая порука позволяют не вступать в конфликт с силовыми структурами и не отвечать за последствия. Исчезновение оппозиционных членов комиссии в такой логике становится не проблемой для проведения голосования, а устранением лишних свидетелей.
При этом вызов затронул не радикальную организацию, а партию, которая действует в рамках закона, позиционирует себя как умеренно-оппозиционная и выступает против войны. Выбор именно таких представителей свидетельствует о низком уровне терпимости российского режима даже к ограниченным формам политического инакомыслия. Кремль последовательно зачищает политическое пространство и стремится минимизировать присутствие на участках любых независимых участников, включая тех, кто не представляет для власти реальной угрозы.
Выборы подчинены силовой вертикали
История в Санкт-Петербурге показывает, что давление на оппозицию переносится не только на партийных кандидатов, активистов или наблюдателей. Под удар попадают и люди, официально включенные в состав избирательных комиссий. Формальный статус участника выборов не защищает их от административного воздействия, если их присутствие способно осложнить управляемое проведение голосования.
Особую роль в этой схеме играет синхронная работа разных государственных структур. «Госуслуги» используются для доставки требований, военкоматы — для вызова граждан, а избирательная система должна провести процедуру в заданные сроки. В результате гражданский цифровой сервис и призывная машина оказываются частью одного механизма давления, направленного на обеспечение нужного правящему режиму результата.
Это означает, что выборы в России все меньше напоминают институт свободного волеизъявления и все больше превращаются в бюрократическую процедуру, которой подчинены все государственные ведомства, включая военкоматы. Когда независимых членов комиссий можно вывести с участков в момент открытия голосования, формальный общественный контроль утрачивает содержание, а электоральный процесс превращается в закрытую операцию под полным контролем власти и силовых структур.
Вызов представителей «Яблока» на 9:00 первого дня выборов — это не отдельная техническая накладка, а продолжение политического давления Кремля на оппозицию. Его непосредственное последствие — ослабление контроля за действиями комиссий уже на старте трехдневного голосования; более широкий результат — окончательное вытеснение независимых участников из российской избирательной системы.
Какой ответ на использование военкоматов и государственных цифровых сервисов для давления на членов избиркомов мог бы реально ограничить такие практики?
