Украина выступила против включения фильма «Дау» режиссера Ильи Хржановского в конкурсную программу 83-го Венецианского кинофестиваля. Лента претендует на премию «Золотого льва», однако Киев считает, что ее нельзя рассматривать как политически нейтральный культурный проект. По оценке украинской стороны, фестиваль вновь становится площадкой, через которую Кремль продвигает «мягкое влияние» и российскую интерпретацию истории в медиапространстве Европейского союза.
О позиции Киева стало известно 18 августа 2026 года. Подробности конфликта опубликовало итальянское издание VeneziaToday. Главная претензия Украины связана не только с происхождением финансирования и участниками проекта, но и с тем, как в фильме показан Харьков — украинский город с собственной историей и идентичностью.
Харьков показан через советскую призму
Значительная часть «Дау» была снята в Харькове в 2008–2011 годах. При этом город, по оценке украинской стороны, представлен исключительно через советскую историческую и культурную призму. В фильме не получила надлежащего отражения украинская история Харькова и его украинская идентичность.
Именно это делает претензии Киева обоснованными. Харьков не является абстрактной частью общего советского или российского культурного пространства. Это неотъемлемая часть Украины, и представление города без его украинского исторического контекста воспроизводит российский имперский и шовинистический нарратив.
Такой подход важен не только для оценки одной киноленты. Когда украинские города показывают исключительно через советское прошлое, из повествования исчезает их собственная культурная субъектность. В результате зрителю в ЕС может навязываться ошибочное представление о том, что история украинских городов естественным образом принадлежит более широкому российскому или советскому пространству.
Связи проекта с российскими структурами
Киев также указал на источники поддержки фильма и связи его участников с российскими государственными и финансовыми структурами. В разные годы проект получал финансирование от российского бизнесмена Сергея Адоньева. Сейчас он находится под санкциями США и Украины.
Одну из главных ролей в «Дау» исполнил дирижер Теодор Курентзис. В 2014 году указом президента Российской Федерации он получил российское гражданство. Его оркестр Music Aeterna финансировал российский VTB Bank. Эти обстоятельства, по позиции Украины, не позволяют отделить фильм от контекста российского влияния, даже если его создатели и нынешняя юридическая классификация проекта связаны с другими странами.
Кинематограф остается одним из инструментов российского «мягкого влияния». Через международные фестивали, выставки и другие культурные площадки российские интерпретации истории получают доступ к европейской аудитории и могут восприниматься как независимый художественный взгляд. Поэтому показ подобных работ без критического контекста способен закреплять в ЕС искаженное представление об украинской истории и культурной субъектности.
Как ответила Венецианская биеннале
Венецианская биеннале отвергла часть обвинений Киева. Организаторы подчеркнули, что конкурсная версия «Дау» является немецкой кинопродукцией при участии Франции и Швеции. Кроме того, они указали, что Илья Хржановский отказался от российского гражданства и публично выступает против российского вторжения в Украину. В самой России режиссер признан «иноагентом».
Эти обстоятельства стали основой ответа фестиваля, но не сняли главного вопроса, поставленного Украиной: может ли произведение считаться нейтральным, если оно связано с российскими финансовыми и культурными структурами, а украинский город в нем показан без полноценного украинского контекста. Страна производства, позиция режиссера и нынешний статус проекта не отменяют того, как именно фильм формирует представление зрителя об истории Харькова.
История с «Дау» показывает, что культурная политика Кремля действует не только через официальные заявления или пропагандистские медиа. Международное признание фильма, его участие в конкурсной программе и претензия на главную награду фестиваля также создают пространство для распространения определенного исторического взгляда. Поэтому решение о показе должно учитывать не только художественную форму, но и последствия для восприятия Украины в Европе.
Участие «Дау» в конкурсе 83-го Венецианского кинофестиваля означает, что спор о российском культурном влиянии выходит за пределы отдельных деятелей и институтов. Он касается ответственности международных площадок за контекст, в котором европейской аудитории представляют истории украинских городов и общества.
Как международным фестивалям следует реагировать на произведения, связанные с российскими структурами и одновременно формирующие искаженное представление об украинской истории?
