Правительство Роберта Фицо в очередной раз заявило, что не поддерживает конфискацию замороженных в Евросоюзе российских суверенных активов. Позиция Братиславы прозвучала накануне новых обсуждений в ЕС, где страны-члены пытаются определить, как использовать более €200 млрд, заблокированных после начала полномасштабной войны России против Украины.
6 октября 2026 года заместитель председателя партии «Курс — социальная демократия» (Smer – sociálna demokracia) и депутат Европарламента Любош Блаха подтвердил, что словацкое правительство не намерено участвовать в механизмах, которые могут повлечь для страны финансовые обязательства. Ранее Братислава уже выступала против передачи замороженных российских средств Украине.
Таким образом, речь идет не только о неприятии самой конфискации. Словацкие власти также не хотят присоединяться к схемам, в которых европейские страны могли бы разделить финансовые риски, связанные с использованием российских государственных резервов.
Почему вопрос снова оказался на повестке
Лидеры стран ЕС и главы внешнеполитических ведомств намерены вновь обсудить судьбу российских активов 12 октября, а затем 15–16 октября. В европейских столицах рассматривают несколько вариантов: от использования доходов, полученных от размещения заблокированных средств, до более радикального решения о передаче самих активов на цели, связанные с восстановлением Украины.
Главное препятствие заключается в правовом и финансовом статусе таких резервов. Замороженные активы принадлежат российскому государству, а их конфискация может создать прецедент для обращения с суверенной собственностью. Европейским правительствам необходимо одновременно оценить соответствие решения международному праву, возможные ответные меры Москвы и риски для финансовой системы.
Именно на эту неопределенность ссылаются противники конфискации. Для Словакии дополнительным аргументом стали возможные расходы и обязательства, которые могут возникнуть, если выбранный механизм приведет к судебным спорам или потребует гарантий со стороны государств ЕС.
Позиция Братиславы отражает линию кабинета Фицо, который стремится ограничить участие Словакии в отдельных общеевропейских инициативах, связанных с поддержкой Украины. Однако само по себе несогласие правительства с конфискацией не означает, что Словакия может в одиночку остановить любой вариант решения: конкретные процедуры зависят от их правовой основы и требований к голосованию.
Политический спор о финансовой ответственности
Сторонники передачи российских активов Украине считают, что Москва должна нести финансовую ответственность за причиненный войной ущерб, а замороженные средства могут стать одним из источников будущих выплат. Противники отвечают, что изъятие суверенных резервов способно подорвать доверие к европейской юрисдикции и вызвать длительные международные разбирательства.
Для Киева вопрос имеет практическое значение: речь идет о потенциальном источнике финансирования восстановления разрушенной инфраструктуры и компенсаций. Для правительств ЕС — о необходимости найти решение, которое выдержит судебную проверку и не переложит возможные потери на европейских налогоплательщиков.
Блаха и партия Smer представляют отказ от конфискации как защиту национальных интересов Словакии. Их критики видят в такой позиции помощь Москве внутри ЕС и препятствие для создания общего механизма финансовой ответственности России. Эти оценки отражают политический спор, тогда как окончательные последствия будут зависеть от того, какую схему выберут европейские страны и сможет ли она получить необходимую поддержку.
Следующие встречи в октябре должны показать, ограничится ли ЕС использованием доходов от замороженных средств или вновь поднимет вопрос о судьбе самого капитала. До тех пор Братислава сохраняет позицию против конфискации и заранее дистанцируется от механизмов, способных создать для нее финансовые обязательства.
