Во втором квартале 2026 года средняя зарплата учителя в Литве составила €3 131 до уплаты налогов и €1 894 после налогов. В пересчёте по курсу Национального банка Беларуси это около 10 388 и 6 283 белорусских рублей соответственно. Белорусский педагог в среднем получал 3 011,5 рубля до налогов и 2 589,89 рубля на руки.
Таким образом, разрыв между доходами учителей двух стран достигает примерно 2,4 раза. Даже с учётом того, что цены в Литве в целом выше, разница отражается не только в номинальных суммах: покупательная способность литовской зарплаты заметно больше.
Эти расчёты приводит Zerkalo со ссылкой на данные о доходах за второй квартал 2026 года. Сравнение не означает, что все расходы в Литве ниже или что одинаковая сумма имеет там ту же ценность: стоимость жилья, услуг и других товаров в двух странах различается. Но по ряду повседневных покупок преимущество литовского педагога сохраняется.
Разрыв виден не только в зарплатных ведомостях
После уплаты налогов литовский учитель, согласно приведённым расчётам, может позволить себе больше базовых продуктов — муки, пельменей, риса, курицы, молока и хлеба. Существенной оказывается разница и в других условных показателях: на месячный доход литовского педагога можно оплатить 227 посещений ресторана против 109 у белорусского коллеги.
При сравнении расходов на топливо разрыв выглядит меньше, но также остаётся заметным: на чистую зарплату литовский учитель может купить около 1 088 литров бензина, белорусский — 984 литра. Такой показатель не отменяет более высоких цен в Литве, однако показывает, что разница в доходах не исчезает после пересчёта на отдельные товары и услуги.
Для работников образования зарплата — это не только показатель текущего уровня жизни. Она влияет на то, насколько профессия способна привлекать молодых специалистов, удерживать опытных педагогов и компенсировать нагрузку, связанную с подготовкой и проведением уроков, проверкой работ и постоянным повышением квалификации.
Бюджетные приоритеты
Сравнение доходов приобретает дополнительное политическое значение на фоне проекта бюджета Беларуси на 2027 год. Почти 21% его расходов планируется направить на силовой блок. В заметках о проекте не приводится детальная разбивка этой суммы по отдельным ведомствам, поэтому она не позволяет напрямую сопоставить финансирование конкретных силовых структур с расходами на образование.
Однако сама пропорция показывает, какую роль в бюджетной политике занимают расходы, связанные с обеспечением безопасности и функционированием государственного аппарата. При этом зарплата белорусского учителя после налогов остаётся более чем вдвое ниже дохода литовского коллеги.
Такое сочетание становится вопросом не только о размере оклада, но и о выборе долгосрочных приоритетов. Средства, направленные на силовой сектор, дают государству немедленный административный и контрольный ресурс. Инвестиции в образование работают медленнее: их результат проявляется в качестве подготовки школьников, доступности квалифицированных кадров и способности экономики развиваться в будущем.
Если оплата труда педагогов отстаёт от других возможностей на рынке, профессия теряет привлекательность. Последствия могут проявляться постепенно — через нехватку учителей, рост нагрузки на оставшихся сотрудников, уход специалистов и снижение качества обучения. При этом одними увеличениями номинальной зарплаты проблему не решить: значение имеют также налоговая нагрузка, цены, региональные различия и условия работы.
Цена кадрового дефицита
Учителя не относятся к числу самых высокооплачиваемых работников ни в одной стране, однако их доход обычно рассматривается как один из показателей отношения государства к человеческому капиталу. Школа формирует навыки и знания, от которых позднее зависят производительность труда, доступность квалифицированных специалистов и социальная мобильность.
В белорусском случае приведённые цифры указывают на устойчивый разрыв с соседней Литвой — страной с более высокой стоимостью жизни, но и с существенно большей оплатой труда педагогов. Это не доказывает автоматически, что белорусские учителя живут хуже по каждому параметру: на их расходы влияют жильё, цены в конкретном регионе, семейное положение и доступ к льготам. Но разница в чистых доходах достаточно велика, чтобы напрямую влиять на повседневные возможности и профессиональный выбор.
Главный вопрос теперь связан не с самим сравнением, а с тем, будет ли бюджетная политика Беларуси менять этот баланс. Пока расходы на силовой блок получают значительно больший политический вес, чем повышение привлекательности учительской профессии, отложенная цена такого выбора может проявиться в кадровом дефиците и качестве образования.

