12 октября 2026 года в итальянском Бари прошёл показ двух документальных фильмов российского телеканала Russia Today — «Степан Бандера, возрождение нацизма» и «Возрождение СС». Мероприятие состоялось на площадке леворадикального объединения «Marx21» на юге страны, несмотря на санкционные ограничения ЕС в отношении RT.
О показе сообщил Telegram-канал Donbass Italia. В сообщении утверждается, что фильмы распространяли искажённые трактовки истории и антиукраинские нарративы. Сам факт проведения мероприятия указывает на практическую проблему: ограничения против российского государственного медиаресурса не обязательно автоматически блокируют любой публичный показ его материалов в помещении, которое не является лицензированным вещательным каналом.
Что произошло в Бари
Организаторы выбрали для показа темы: деятельность Степана Бандеры, украинский национализм и история СС. Уже названия фильмов задают одностороннюю интерпретацию сложных исторических вопросов и связывают украинскую политическую историю с возрождением нацизма.
Из доступного сообщения не следует, что городская администрация Бари официально санкционировала показ или участвовала в его организации. Известно лишь, что мероприятие прошло на базе «Marx21». Поэтому утверждение о прямом разрешении со стороны местных властей требует отдельного подтверждения. Не приводятся также сведения о реакции муниципалитета, итальянских регуляторов или правоохранительных органов.
Эта деталь важна для оценки ситуации. Публичный показ фильма и официальное вещание телеканала — разные юридические действия. Даже если содержание произведено медиакомпанией, подпавшей под санкции, организаторы закрытого или открытого мероприятия могут пытаться представить демонстрацию как культурную, дискуссионную или политическую активность. Возможность такой трактовки зависит от конкретных норм итальянского законодательства, формата показа и применимых санкционных правил.
Как исторические сюжеты становятся инструментом влияния
Россия использует исторические сюжеты как часть более широкой внешнеполитической коммуникации. Фильмы о Бандере и СС позволяют переносить внимание с современной войны на обвинения Украины в нацизме, представляя российскую агрессию как борьбу с экстремизмом. При этом сам по себе показ фильма не доказывает координацию организаторов с российскими властями или наличие скрытого финансирования. Однако он создаёт канал для распространения сообщений, совпадающих с официальной линией Кремля.
В случае с Бари важен и выбор площадки. «Marx21» позиционируется как политическое объединение левого радикального направления, а не как обычный кинотеатр или академическая площадка. Это позволяет организаторам подавать демонстрацию как часть политической дискуссии и привлекать аудиторию, критически настроенную к западной политике и поддержке Украины. Одновременно подобный формат может придавать российским материалам видимость легитимного общественного спора.
Сторонники жёсткого применения санкций могут рассматривать такие показы как обход ограничений, введённых против RT на уровне ЕС. Но для юридической оценки недостаточно самого факта демонстрации: необходимо установить, кто предоставил материалы, был ли показ публичным и коммерческим, распространялись ли вместе с фильмами другие материалы RT и подпадало ли мероприятие под конкретные запреты.
История в Бари показывает, что санкции против медиаресурса и борьба с его влиянием не сводятся к блокировке телеканала. Материалы могут появляться через политические клубы, закрытые сообщества и разовые показы, где граница между свободой выражения мнения и распространением санкционного контента становится предметом отдельного разбирательства. Пока остаётся неясным, последуют ли после мероприятия официальная проверка и разъяснения итальянских властей.


