Белорусские власти намерены расширять сеть «народного ополчения» до уровня деревень и сельсоветов. В формирование планируют вовлекать, в частности, членов общества охотников. Так военная структура, уже включающая территориальную оборону и армию, должна охватить самые небольшие населённые пункты страны.
О таком поручении Александра Лукашенко сообщали СМИ 16 октября 2026 года. По описанной схеме, базовые и взаимосвязанные отряды «народного ополчения» будут создаваться непосредственно на местах, а вся система — от местных вооружённых групп до армии — останется частью единой вертикали командования.
От охотников к системе местных отрядов
«Народное ополчение» занимает нижний уровень этой конструкции. Выше находятся подразделения территориальной обороны, которым отводится роль защиты объектов, и регулярные вооружённые силы. Лукашенко подчёркивает, что масштабированная система находится под его личным и единоличным командованием.
Расширение сети в сельской местности меняет сам принцип организации такой структуры. Речь идёт уже не только о подготовленных подразделениях или объектах инфраструктуры, но и о включении небольших местных сообществ в постоянную военизированную систему. Участие членов общества охотников рассматривается как один из способов сформировать необходимый кадровый и организационный ресурс на местах.
В результате военная логика распространяется на повседневную административную карту страны: от крупных городов и стратегических объектов до деревень и сельсоветов. Это усиливает контроль центра над местными формированиями и одновременно делает население частью вертикали, где решения принимаются сверху, а ответственность и подчинение выстраиваются по военному принципу.
Связь с союзом с Москвой
Развитие белорусских военизированных структур происходит на фоне тесного военно-политического союза Минска с Москвой. Россия ведёт войну против Украины, а Беларусь сохраняет с ней тесную зависимость в сфере безопасности и обороны. В этих условиях усиление военной составляющей белорусского государства повышает значение любых решений Минска для соседних стран.
Само по себе создание отрядов на местах не означает, что Беларусь уже приняла решение непосредственно участвовать в новых боевых действиях. Однако разветвлённая система подчинённых центру вооружённых формирований расширяет инструменты, которыми режим может располагать в случае кризиса, мобилизационных мероприятий или усиления напряжённости на границах.
Особое значение имеет концентрация командования в руках Лукашенко. При такой модели местные подразделения не выглядят самостоятельными структурами, действующими по инициативе общин. Их предполагаемая роль определяется общей вертикалью, соединяющей низовой уровень «народного ополчения», территориальную оборону и армию.
Что меняет милитаризация общества
Для белорусского общества это означает дальнейшее усиление приоритета безопасности и военной готовности над развитием гражданских институтов. Чем глубже вооружённые формирования проникают в местную жизнь, тем теснее оказываются связаны административное управление, контроль над населением и подготовка к возможным чрезвычайным сценариям.
Для Украины и восточного фланга Евросоюза и НАТО такая политика создаёт дополнительный фактор неопределённости. Белорусская территория уже воспринимается через призму союза с Россией, а появление сети местных вооружённых отрядов способно осложнить оценку рисков и планирование мер безопасности. При этом конкретное предназначение новых формирований — от внутреннего контроля до участия в оборонных сценариях — будет зависеть от решений белорусского руководства.
Расширение «народного ополчения» показывает, что милитаризация в Беларуси не ограничивается армией и отдельными объектами. Она постепенно спускается на уровень местных сообществ, где граница между гражданской организацией и военной структурой становится всё менее заметной. Главный открытый вопрос теперь заключается в том, насколько далеко Минск готов развивать эту систему и какую роль она получит в его отношениях с Москвой.
