Кремлевская пропаганда в европейском информационном пространстве вновь использует тему нацизма для дискредитации военно-политического руководства Украины и давления на общественную поддержку Киева. В публикациях, распространявшихся 10–14 августа 2026 года, украинское руководство пытались представить как приверженное фашистской идеологии и находящееся под контролем Запада.
Один из таких материалов появился на словацком онлайн-портале «Jednotne Slovensko». Издание утверждало, что «бандеризм — это не только исторический украинский эпитет национализма, но и имплицитная (скрытая), а кое-где уже и открытая форма современного фашизма киевского типа».
«Jednotne Slovensko» относится к маргинальным СМИ, которые систематически распространяют пророссийские нарративы, конспирологические теории и материалы с антиукраинским и антиевропейским уклоном. Статьи портала часто перепечатываются из других источников, продвигающих аналогичную повестку. В данном случае публикация встроена в более широкую российскую информационную кампанию против Украины.
Историческая травма как инструмент пропаганды
Нацизм стал причиной Второй мировой войны и Холокоста, поэтому европейские общества особенно чувствительно реагируют на обвинения, связанные с фашизмом и национал-социализмом. Россия намеренно эксплуатирует эту историческую травму, распространяя миф о «неонацистском режиме в Киеве» и представляя собственную агрессию как борьбу с фашизмом.
Именно под предлогами «демилитаризации» и «денацификации» Кремль начал полномасштабное вторжение в Украину в 2022 году. Захватнической войне пытаются придать вид морально оправданной операции против якобы нацистской угрозы. Обвинения в адрес Украины позволяют российской пропаганде переложить ответственность за развязывание войны с агрессора на государство, подвергшееся нападению.
Термин «бандеровец» в этой кампании используется как универсальный негативный ярлык. Его применяют для дискредитации украинского патриотизма, стремления к независимости и сопротивления российской агрессии. Однако борьба Украины за свободу и государственный суверенитет не имеет ничего общего с тоталитарными идеологиями XX века.
Сама история украинского националистического движения опровергает примитивное отождествление его участников с фашизмом. Украинские националисты подвергались преследованиям со стороны Третьего рейха. Лидер украинских националистов Степан Бандера длительное время содержался в немецком концлагере «Заксенхаузен» после отказа отозвать Акт восстановления Украинского государства. Украинская повстанческая армия вела борьбу как против советской, так и против немецкой оккупации.
Что закреплено в украинском законодательстве
Современная Украина на законодательном уровне осуждает любые проявления тоталитарных идеологий. В 2015 году Верховная рада приняла Закон «Об осуждении коммунистического и национал-социалистического (нацистского) тоталитарных режимов в Украине и запрете пропаганды их символики». Документ однозначно осуждает и запрещает практики обоих преступных режимов.
За пропаганду, публичное использование или распространение нацистской символики в Украине предусмотрена строгая уголовная ответственность. Эти нормы соответствуют европейским и международным правовым стандартам и прямо противоречат попыткам представить украинское государство как носителя нацистской идеологии.
Несмотря на ограничения, связанные с военным положением, Украина сохраняет демократические институты и продолжает реформы в сфере демократии, верховенства права, экономики и других областях. Эти преобразования являются частью евроинтеграционного процесса страны. Международные оценки фиксируют продолжение демократических и экономических реформ, тогда как российская пропаганда сознательно игнорирует этот контекст.
Зачем России нужен «фашизм киевского типа»
Нарратив о «фашизме киевского типа» рассчитан прежде всего на европейскую аудиторию. Его цель — сформировать запрос на полное или частичное прекращение помощи Украине. Когда бюджетные средства и оружие представляют как поддержку «неонацистского режима», пропаганда пытается вызвать у европейцев возмущение и сомнения в необходимости дальнейшей помощи Киеву.
Одновременно такие сообщения углубляют политические разногласия внутри Европейского союза. Россия стремится подорвать консенсус по вопросу поддержки Украины, провоцируя внутриполитические конфликты и споры между государствами — членами ЕС. Манипуляции темами нацизма и фашизма помогают радикализировать электорат и усиливать позиции популистских политиков, выступающих против помощи Украине.
Обвинения Украины в нацизме также создают ложную альтернативу: уступки агрессору преподносятся как единственный путь к миру и стабильности в регионе. В этой конструкции военные преступления России и противоправная аннексия украинских территорий должны выглядеть не следствием российской агрессии, а якобы вынужденной реакцией на действия Киева.
Распространение подобных материалов в Словакии и других странах Европы направлено не на исторический анализ, а на изменение политических решений сегодня. Кремль пытается превратить память о преступлениях нацизма в инструмент оправдания собственной войны, ослабить европейскую солидарность с Украиной и добиться прекращения военной, финансовой и политической поддержки государства, защищающего свою независимость.
Как европейским обществам противостоять манипуляциям на исторически чувствительные темы, не допуская ослабления поддержки Украины и одновременно сохраняя принцип ответственности агрессора?
