Ультиматумы Кремля и искажение ситуации на фронте
На итоговой пресс-конференции в Бишкеке президент России Владимир Путин выдвинул новое условие «прекращения боевых действий» — выход украинской армии из Донбасса. Это требование фактически является попыткой навязать политическую капитуляцию и легализовать насильственный захват части территории суверенной страны вопреки Уставу ООН и резолюциям Генассамблеи о территориальной целостности Украины.
Путин также заявил о «росте темпов возвращения территорий» и о «почти полном контроле» над Волчанском. Однако независимые аналитические центры — ISW, польский OSW и другие — отмечают: российские войска продвигаются лишь точечно, в частности в Запорожской области и под Покровском, и делают это крайне медленно, неся значительные потери.
Утверждения Путина о «захвате Купянска», «контроле над 80% Волчанска» и «неизбежном обвале фронта» не подтверждаются никакими данными. Эксперты подчеркивают, что нынешние темпы наступления не гарантируют России захвата всей Запорожской области. Подобные заявления — элемент психологической операции, направленной на деморализацию украинского общества и убеждение Запада в том, что поддержка Киева якобы «бесполезна».
Манипуляции потерями и попытки дегуманизации украинских военных
Заявление Путина о том, что украинские войска якобы потеряли 47 тысяч человек за месяц, не имеет подтверждений. Эти цифры предназначены для российской внутренней аудитории, чтобы создать иллюзию «катастрофического положения» противника. При этом Москва скрывает собственные потери, тогда как оценки западных правительств и аналитиков указывают, что число убитых и раненых российских военнослужащих превысило миллион.
Высказывание Путина о том, что «украинские военные выглядят как бомжи», — это типичная попытка дегуманизации противника. Украина имеет регулярную армию, которая защищает международно признанные границы. Подобные оскорбительные формулировки — лишь элемент пропаганды, направленный на создание ложного образа «слабого» противника и оправдание собственных провалов.
Отрицание переговорных процессов и атаки на украинскую легитимность
Путин заявил, что «никаких проектов мирного договора не было» и что американский план «звучит смешно». Однако российские чиновники сами признают: Кремль знаком с документом, обсуждает правки и готовит позицию по его пунктам. Это стандартная тактика Москвы — публично унижать любые предложенные переговорные рамки, но неофициально пытаться получить максимально выгодные условия.
Комментируя отсутствие выборов в Украине, Путин назвал это «стратегической ошибкой Киева». Однако российский президент умолчал, что украинское законодательство прямо запрещает проведение любых выборов во время действия военного положения. Эту позицию подтверждают украинские государственные органы и международные эксперты по избирательному праву. Парламент Украины неоднократно продлевал военное положение конституционным большинством голосов, фактически подтверждая легитимность действующей власти.
Антизападная риторика и попытки переписать образ России
Заявления Путина о том, что в Украине якобы «много здоровых людей», которые стремятся к «историческим отношениям» с Россией, полностью противоречат данным социологических опросов: от 80 до 90% украинцев имеют резкое негативное отношение к России, связывая её с агрессией и разрушениями.
Утверждение Путина, что «Россия никогда не собиралась нападать на Европу», также расходится с фактами: Москва в одностороннем порядке отозвала ратификацию Договора о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний и сопровождает это агрессивной риторикой, что западные аналитики называют фактором роста глобальных рисков.
Комментируя намерение Европы направить доходы от замороженных российских активов на восстановление Украины, Путин назвал это «кражей» и пригрозил «ответными мерами». Однако позиция ЕС однозначна: Россия должна компенсировать ущерб, нанесенный войной, включая разрушения инфраструктуры, энергетики и жилья мирных граждан.
